Геннадий Бордовский, ректор Российского педагогического университета имени Герцена (Санкт-Петербург), был гостем прошедших в крае Титовских чтений. Для него приезд на Алтай – больше чем командировка. Ректор главного "педа" страны – наш земляк, родился в селе Куяган Алтайского района в семье сельского учителя. В Санкт-Петербург Геннадий Бордовский когда-то попал как один из лучших абитуриентов бийского пединститута.Без загогулин


– У нас в Куягане была средняя школа, – рассказывает Геннадий Алексеевич. –Организовывал ее после войны мой отец. Школа была замечательная. Учителя – чудесные. Из ссыльных, в разное время репрессированных, – преподаватели столичных гимназий, люди с дореволюционным образованием. Были среди них литовцы, был один чех. Интереснейшие люди! Они несли другую культуру, отличную от нашей, сельской, и это, естественно, обогащало.

Я окончил школу в те времена, когда существовали препятствия для поступления в вузы. Преимущества были у тех, кто имел рабочий стаж, отслужил в армии. По направлению от района можно было поступить только в два института – сельскохозяйственный и педагогический. Я выбрал бийский "пед", очень хорошо сдал вступительные экзамены, и при зачислении меня пригласили в приемную комиссию, сказали, что есть приказ министерства – лучших абитуриентов направлять учиться в вузы Центральной России. Мне на выбор предложили Ленинград и Саратов. С согласия родителей я поехал в Ленинградский государственный университет имени Герцена, где и работаю с 1958 года. Карьера очень простая, без загогулин.
Зарплата и условия

– Ваш вуз, как и многие другие, готовит кадры для школ. Власти, говоря о модернизации системы образования, указывают на кадровые проблемы отрасли, мол, учительство нужно срочно омолаживать... Как это сделать?

– Если провести разовый процесс омоложения, то через какое-то время произойдет и разовый процесс старения. Это тоже опасная вещь. Создастся иллюзия, что сейчас у нас педагоги все молодые. Но через 15–20 лет все они будут уже немолодыми, и что тогда? Желательно, чтобы коллективы были разновозрастными, чтобы в них были люди с очень большим опытом, люди зрелые и люди очень молодые, с творческим, инновационным импульсом. И, конечно же, нужно, чтобы в школу эти молодые шли.

Я убежден, что проблема чисто экономическая. У нас в университете 70–80 процентов выпускников в конце обучения отвечают однозначно, что хотят работать по специальности. Но когда заработная плата учителя в Санкт-Петербурге была ниже прожиточного минимума, не больше 10–15 процентов выпускников в итоге шли в школы. Причем шли те, у кого был дополнительный заработок, состоятельные родители и т. д. Содержать себя на зарплату в районе 5–6 тысяч рублей в большом городе нереально. Три года назад губернатором было принято решение о повышении зарплаты учителей втрое. Сейчас молодой педагог получает минимум 15 тысяч рублей, и дальше доходы могут расти. Сегодня почти все те 70–80 процентов выпускников идут работать по специальности, если находят место. При таких зарплатах это стало непросто сделать.

Одновременно с омоложением нужно решить проблему пенсионного обеспечения. Люди глубоко пенсионного возраста до последнего держатся за свои рабочие места, потому что на пенсию прожить не смогут....